Zamestitel'naya gormonal'naya terapiya u zhenshchin s sakharnym diabetom v period perii postmenopauzy: novye dannye starykh issledovaniy

Cover Page

Abstract


Климактерический период — естественный биологический период перехода от репродуктивного периода жизни женщины к старости, который характеризуется постепенным угасанием функции яичников, снижением уровня эстрогенов, прекращением менструальной и репродуктивной функции. Средний возраст наступления менопаузы для женщин Европейского региона и РФ составляет 50–51 год. При этом в условии дефицита эстрогенов женщины живут прак-течение длительного времени СД 2 типа может быть не диагностирован, предполагается, что его фактическая распространенность в 2–3 раза выше регистрируемой. Следует отметить, что женщины старше45 лет болеют СД в 2 раза чаще мужчин [9]. Таким образом, СД можно назвать эпидемией XX века.

Климактерический синдром (КС), развивающийся в условиях дефицита эстрогенов, сопровождаеттически 1/ своей жизни [1]. ся комплексом патологических симптомов, которые возникают в зависимости от фазы и длительности В исследовании van der Schouw et al. (1996) отмечено, что у женщин с более ранней менопаузой (до 50–52 лет) риск развития сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) и смерти от ССЗ выше, что подтверждает предположение о защитном влиянии эстрогенов в отношении снижения риска развития ССЗ [2]. У женщин в период постменопаузы частота развития инфаркта миокарда повышается еще в 2–3 раза по сравнению с таковой у женщин в период пременопаузы [3]. По оценкам ВОЗ более чем у миллиарда человек на планете имеется избыточная масса тела или ожирение. При этом в странах Западной Европы от 20–25 % женщин страдают ожирением [4, 5]. Статистические данные показывают, что избыточная масса тела выявляется у 54% населения России [6]. Особенностью ожирения является то, что оно часто сочетается с тяжелыми заболеваниями, приводящими к сокращению продолжительности жизни пациентов: с сахарным диабетом (СД) 2 типа, артериальной гипертензией (АГ), дислипидемией, атеросклерозом, ишемической болезнью сердца (ИБС), синдромом апноэ во сне, некоторыми видами злокачественных новообразований, нарушениями репродуктивной функции, заболеваниями опорно-двигательного аппарата. Однако наиболее важным аспектом проблемы ожирения является его взаимосвязь с СД 2 типа [7]. Риск развития СД 2 типа значительно возрастает прямо пропорционально индексу массы тела (ИМТ) и выраженности дислипидемии. В настоящее время численность больных СД составляет 177 млн, причем 90% больных — пациенты с СД 2 типа [8]. Практически за 20 последних лет число больных СД в мире увеличилось в 6 раз. К 2020 г. прогнозируется увеличение числа больных до 300 млн [5]. В связи с тем что в этого периода. Наиболее ранними признаками КС у женщин без эндокринопатий являются нейровегетативные расстройства (приливы жара, потливость, лабильность артериального давления (АД), приступы сердцебиения, тахикардия, экстрасистолия, головокружение) и психоэмоциональные нарушения (нестабильность настроения, депрессия, раздражительность, утомляемость, нарушения сна), которые у 25–30% сохраняются более 5 лет [10]. При этом у женщин с нарушениями углеводного обмена выявляется иная структура проявлений КС, имеющая свои уникальные особенности. У женщин с СД 1 типа менопауза наступает раньше (средний возраст 46–48 лет), чем у женщин из общей популяции, однако данные ретроспективного анализа еще не подтверждены рандомизированными исследованиями [1–4]. В причине развития раннего истощения фолликулярного аппарата яичников у женщин с СД 1 типа большое значение придается прямому токсическому действию стойкой гипергликемии на жизнеспособность овоцита и аутоиммунные реакции (образование аутоантител к ткани яичников — овоплазме и zona pellucida). После односторонней аднексэктомии у женщин с СД 1 типа риск наступления ранней менопаузы повышается в 10 раз по сравнению с таковым у женщин с сохраненной двусторонней функцией яичников [11, 12]. При СД 2 типа возраст наступления менопаузы не отличается от популяционного. Вазомоторные проявления КС у женщин с СД выражены слабо и, как правило, перекрываются жалобами эмоционально-психического характера [13]. Следует отметить, что у 90% женщин с СД на первый план выходят жалобы на нарушение функции 15 ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья •• М а р т •• 2 0 0 9 урогенитального тракта — сухость, зуд и жжение во влагалище, диспареуния, недержание мочи. Это обусловлено тем, что снижение уровня эстрогенов после наступления менопаузы приводит к прогрессирующим атрофическим процессам в слизистой оболочке мочеиспускательного канала, влагалища, мочевого пузыря, связочном аппарате тазового дна, в периуретральных мышцах. Кроме того, у женщин с СД на фоне возрастного дефицита эстрогенов большую роль в развитии мочевых инфекций играют длительная глюкозурия и развитие нейропатии с поражением мочевого пузыря [14]. Прорывом в решении проблемы увеличения средней продолжительности жизни женщины и улучшения качества жизни явилось использование заместительной гормональной терапии (ЗГТ). Эстрогенсодержащие препараты начали применять с 40-х годов прошлого века для коррекции эстрогендефицитных состояний, обусловленных возрастным или хирургическим «выключением» функции яичников, а также аменореей. В начале 70-х годов появились многочисленные сообщения об увеличении частоты гиперпластических процессов в эндометрии вплоть до рака эндометрия, поэтому было решено добавить прогестагены в комбинацию к эстрогенам [15]. При этом в 80–90-х годах, когда нарастал интерес к использованию ЗГТ у здоровых женщин, столь сложная группа, как пациентки СД, оставалась неохваченной — у них, казалось, имеется слишком много потенциальных противопоказаний к применению ЗГТ. Результаты исследований PEPI, HERS, WHI, MWS и др., опубликованные в 1999–2005 гг., привели к уточнению показаний и основных принципов ЗГТ (монотерапия эстрогенами у женщин с удаленной маткой, принцип «минимальных эффективных доз», индивидуализация вида и длительности терапии, а также оценка соотношения пользы и риска). Современная концепция ЗГТ не подразумевает проведения гормональной терапии в непрерывном режиме всем женщинам в постменопаузе. Однако лишение женщин преимуществ ЗГТ из-за страха перед побочными эффектами тоже не может считаться разумным клиническим подходом. Второй депрессивный период для ЗГТ, который гинекологи переживают с июля 2002 г. после оглашения результатов американского исследования WHI (Women’s Health Initiative) связан с обсуждением проблемы увеличения риска возникновения онкологических заболеваний. Исследование было запланировано на 8 лет, т.е. до 2005 г. цель его заключалась в оценке эффективности длительной комбинированной пероральной ЗГТ в непрерывном режиме. В исследование были включены 16 608 женщин с интактной маткой и 10 739 женщин после гистерэктомии, в возрасте от 50 до 79 лет. Однако в июле 2002 г. было принято решение о досрочном прекращении исследования после 5 лет, так как по предварительным данным было отмечено увеличение риска развития инвазивного рака молочной железы и увеличение частоты развития ИБС. Без тщательного научного анализа указанные недостоверные данные были опубликованы в средствах массовой информации. В течение последующих 2,5 лет результаты иссле16 дования WHI детально анализировались и обсуждались с участием ведущих специалистов и экспертов. Это позволило исполнительному комитету Международной ассоциации по менопаузе (IMS) сделать заключение, которое изложено в «Позиции исполнительного комитета IMS» и представлено в современных практических рекомендациях по применению ЗГТ в период перии постменопаузы (Экспертная рабочая группа Международного общества по менопаузе, 2004, Люцерн, Швейцария) [16]. D 2008 г. были опубликованы результаты когортного исследования E3N, результаты которого свидетельствуют о том, что риск рака молочной железы (РМЖ) в значительной степени зависит от вида прогестинов, используемых в составе препарата для ЗГТ. Комбиначия Е2 и дидрогестерона показана как наиболее безопасная (относительный риск развития РМЖ не превышает таковой у женщин, никогда не получавших ЗГТ [17]. Показаниями к проведению ЗГТ в период перии постменопаузы являются: 1. Наличие климактерических расстройств (приливы жара, потливость, бессонница, сердцебиение, слабость, раздражительность, нервозность, подавленность настроения). 2. Атрофические изменения в урогенитальном тракте, следствием которых являются сухость во влагалище, диспареуния, учащенное и непроизвольное мочеиспускание. При назначении ЗГТ только по поводу этих расстройств препаратами выбора являются местные низкодозированные средства. 3. Профилактика остеопороза и переломов в период менопаузы у женщин группы риска независимо от наличия климактерических симптомов. У женщин без климактерических симптомов ЗГТ может быть первой фазой длительной программы профилактики/лечения остеопороза с последующим использованием селективных модуляторов рецепторов эстрогенов и/ или бисфосфонатов и терипаратида по показаниям. 4. Преждевременная менопауза. Женщины с преждевременной менопаузой должны получать ЗГТ, по крайней мере, до среднего возраста наступления менопаузы (51 год). В отсутствие менопаузальных симптомов ЗГТ не назначается только с целью профилактики ССЗ или деменции. Оптимальные сроки назначения ЗГТ — пременопауза и ранняя постменопауза (в течение первых 5 лет после последней менструации), когда частота и выраженность жалоб максимальны и не упущено время для профилактических эффектов ЗГТ. «Начало гормональной терапии в период пременопаузы обеспечивает профилактику таких осложнений дефицита эстрогенов, как переломы и заболевания сердца», так называемое «окно возможностей» [1]. В настоящее время СД не является противопоказанием к проведению ЗГТ, а общие рекомендации по использованию ЗГТ у данной категории женщин не отличаются от таковых для их здоровых сверстниц. Однако имеются определенные ограничения в выборе препаратов для ЗГТ — следует использовать нейтральный в метаболическом отношении гестагеВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья •• М а р т •• 2 0 0 9 Обзор литературы новый компонент и желателен парентеральный путь введения препаратов для ЗГТ. По данным Программы медицинского обслуживания Северной Калифорнии (Kaiser Permanente Medical Care Program of Northern California), у женщин с СД 2 типа, использующих ЗГТ в менопаузе, ниже уровень гликированного гемоглобина (HbA1c), чем у женщин этой же возрастной группы без нарушения углеводного обмена. Этот факт отмечен независимо от возраста, этнической принадлежности, массы тела, сахароснижающей терапии, длительности СД [18]. Данные другого исследования свидетельствуют, что на фоне ЗГТ отмечены снижение массы тела, улучшение показателей липидограммы крови и снижение уровня HbA1c после 6 мес лечения [19]. Эстрогензамещающая терапия уменьшает уровень HbA1c, снижает уровни липидов сыворотки крови в период менопаузы у женщин с СД 2 типа [20, 21]. Стоит отметить, что снижение уровня HbA1c подразумевает снижение риска развития осложнений СД (как микро-, так и макрососудистых). Благоприятное действие Е2 осуществляется, возможно, за счет улучшения чувствительности тканей к инсулину и, вероятно, супрессии глюконеогенеза печенью [22]. Учитывая неоднократно продемонстрированные в исследованиях многосторонние благоприятные эффекты ЗГТ, Американская коллегия врачей рекомендовала назначать этот вид лечения всем женщинам в отсутствие противопоказаний. Особое внимание было обращено на женщин с повышенным риском развития ИБС, к которым можно отнести и женщин с СД 2 типа и ожирением. У 50–80% женщин с СД 2 типа имеется ожирение, которое является независимым фактором риска развития ИБС. Повышенный риск возникновения ИБС при СД связан как с наличием основного заболевания, так и с более высокой распространенностью факторов риска развития ССЗ при данной патологии. Одной из вероятных причин ускоренного развития атеросклероза у больных СД считают как количественные, так и качественные изменения липидного состава крови. По данным Y. Homma и соавт. (1995), T. Nordt и соавт. (1995), G. Howard и соавт. (1996), выраженность диабетической дислипидемии (в первую очередь гипертриглицеридемии) у женщин с СД 2 типа связана с наличием гиперинсулинемии и инсулинорезистентности. При этом следует также отметить, что при увеличении избыточной массы тела на каждые 10 кг систолическое АД увеличивается на 3,0 мм рт. ст., а диастолическое АД — на 2,3 мм рт. ст. [23] В согласительных документах европейских и российских кардиологов и гинекологов (2007, 2008) на основании данных Фрамингемского исследования и крупного наблюдательного исследования здоровья медсестер (Nurses Health Study) констатирован важный факт: у женщин с СД риск развития ССЗ в период перии постменопаузы возрастает в 3–7 раз по сравнению с таковым у здоровых женщин того же возраста [24–27]. В настоящее время благоприятное влияние ЗГТ на показатели липидного обмена, выявленное у здоровых женщин, было продемонстрировано и у женщин с СД 2 типа. Так, применение ЗГТ у женщин с СД 2 типа в период постменопаузы приводило к уменьшению уровней общего холестерина (хС), хС липопротеидов низкой плотности и росту уровня хС липопротеидов высокой плотности [28]. Однако увеличение уровня хС липопротеидов высокой плотности на фоне ЗГТ у больных данной категории было менее выражено, чем у их здоровых сверстниц [29]. Проведение ЗГТ пероральными препаратами может сопровождаться увеличением уровня триглицеридов в сыворотке крови. У женщин с ожирением и СД 2 типа, находящихся в стадии декомпенсации, выявляется более высокая распространенность гипертриглицеридемии [30]. СД 2 типа сопровождается неблагоприятными отклонениями в системе гемостаза: повышением адгезии и агрегации тромбоцитов, увеличением содержания фибриногена, факторов V, VII и VIII в плазме, дисбалансом комплекса тромбин—антитромбин, увеличением концентрации ингибитора активатора плазминогена-1, что способствует тромбообразованию. В то же время имеющиеся в настоящее время немногочисленные данные о влиянии ЗГТ на систему гемостаза у женщин с СД 2 типа свидетельствуют об улучшении показателей фибринолиза на фоне ее применения [30]. В связи с перечисленным, подбор компонентов для ЗГТ у женщин с СД 2 типа и ожирением должен быть индивидуальным с целью нивелирования неблагоприятного влияния половых стероидов на липидный состав крови, систему гемокоагуляции/фибринолиза и достижения положительных результатов. Биологически доступный эстроген оказывает кардиопротективный эффект (через углеводный, липидный обмены, систему гемостаза). Эффект осуществляется как посредством влияния на снижение факторов риска ССЗ, так и за счет улучшения функционирования эндотелия сосудов (посредством активации синтеза оксида азота и простациклина, способствуя снижению резистентности сосудов). При этом фармакокинетика экзогенного эстрадиола такова, что физиологическая ЗГТ возможна только при использовании парентеральных форм [30]. Способность абсорбировать половые стероиды различна у каждой конкретной пациентки и зависит от распределения эстрогеновых рецепторов и от их сродства к экзогенному эстрадиолу при участии эндотелия сосудов. По современным данным, эстрогены могут оказывать прямое влияние на накопление гликогена в печени, уменьшать секрецию глюкагона и усиливать чувствительность мышц к поглощению глюкозы, нивелируя проявления инсулинорезистентности. При трансдермальном пути введения эстрогенов (в отсутствие первичного прохождения через печень) отрицательные изменения углеводного обмена не происходят, а также не увеличивается масса тела [8]. Кроме того, терапевтические дозы трансдермальных эстрогенов, в отличие от пероральных форм, не приводят к увеличению уровня эстрона, триглицеридов, ангиотензина и не снижают уровень антитромбина III [30]. Необходимо отметить, что влияние ЗГТ на углеводный и липидный обмен зависит не только от дозы и химической формулы эстрогена, способа их введе17 ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья •• М а р т •• 2 0 0 9 ния, но и от наличия или отсутствия в режиме ЗГТ прогестагенового компонента. В настоящее время считается обязательным назначение гестагена в течение 10–14 дней в целях предотвращения гиперпластических процессов в эндометрии женщинам с интактной маткой для ЗГТ в перии постменопаузе. Оптимальный режим ЗГТ для женщин в постменопаузе — непрерывный прием гестагенов, что приводит к атрофии эндометрия и отсутствию нежелательных кровотечений отмены. При этом для снижения частоты гиперплазии эндометрия более важна продолжительность приема гестагенов, чем их суточная доза. Низкие дозы и циклический прием гестагенов позволяют уменьшить их негативное влияние на липидный состав крови [19]. Согласно современным данным, прогестерон связывается с цитолитическими рецепторами -клеток поджелудочной железы. Прогестерон и гестагены могут способствовать возникновению инсулинорезистентности в периферических тканях за счет уменьшения поглощения глюкозы скелетной мускулатурой и захвата глюкозы липидами [30]. Микронизированный натуральный прогестерон не взаимодействует с эстрогеном и может применяться как перорально, так и парентерально. У женщин в период постменопаузы микронизированный прогестерон в оптимальных для данного периода дозах (100 мг) не снижает уровень хС липопротеидов высокой плотности, не влияет на метаболизм глюкозы и не устраняет благоприятное влияние эстрогенов на артериальную стенку. Положительными являются его антиальдостероновый и антиандрогенный эффекты за счет блокады 5-редуктазы и взаимодействия с рецепторами тестостерона в эндометрии, нейропротективное воздействие, благотворное влияние на настроение и сон [13]. Медроксипрогестерона ацетат (МПА) и левоноргестрел в пероральной форме оказывают отрицательное действие на углеводный обмен — приводят к ухудшению толерантности к глюкозе и поэтому у женщин с ожирением и/или с СД 2 типа, получающих пероральную сахаропонижающую терапию, использование МПА не рекомендовано [15]. Норэтистерона ацетат не влияет на углеводный обмен и может использоваться у больных данной категории в краткосрочном режиме (не более 12 мес), так как в дальнейшем его реализуются его неблагоприятные андрогенные эффекты. Биологические эффекты указанных прогестагенов значительно отличаются от таковых микронизированного прогестерона. Это особенно показательно при сравнении МПА и микронизированного натурального прогестерона. МПА снижает благоприятное влияние ЗГТ на липидный состав крови и ухудшает периферическую функцию инсулина [19]. В 2005 г. в исследовании Sites было выявлено обратимое появление инсулинорезистентности в период проведения ЗГТ в течение 2 лет на 26 женщинах, получавших ЗГТ (конъюгированные эстрогены + МПА) [30]. В исследование были включены 66 женщин в постменопаузе в возрасте 51,6±3,9 года с ИМТ 24,9±3,2 кг/м2. В течение 2 лет исследования одна группа получала 0,625 мг конъюгированных эстрогенов и 2,5 мг МПА, вторая группа — плацебо. В 18 группе женщин, получавших ЗГТ, у 17% через 6 мес использования терапии было отмечено появление инсулинорезистентности. Однако по окончании лечения чувствительность тканей к инсулину в данной группе женщин возвратилась к исходной. Дидрогестерон (ретропрогестерон) по химической структуре и фармакологическому действию является аналогом натурального прогестерона, но в отличие от него, биоактивность дидрогестерона после приема внутрь прогнозируема. Дидрогестерон обладает исключительно прогестагенной активностью и не дает анаболических или андрогенных эффектов, а также лишен глюкокортикоидных свойств. Следовательно, дидрогестерон не устраняет защитное действие эстрогенов на сердечно-сосудистую систему, что имеет определенные преимущества при назначении этого препарата женщинам с СД 2 типа и ожирением без гипертриглицеридемии. Новое, четвертое поколение гестагенов представлено дроспиреноном — особым гестагеном, оказывающим прогестероновый, антиминералокортикоидный и антиандрогенный эффект, положительно влияющим на липидный состав крови, снижающим АД и не влияющим на углеводный обмен [30]. В исследовании Preston (2007), было показано, что 2 мг дроспиренона в комбинации с 1 мг 17-эстрадиолом значимо снижают как систолическое, так и диастолическое АД, однако исследование было проведено в группе женщин в постменопаузе с установленным диагнозом АГ I стадии без эндокринопатий [20]. В другом исследовании (2005) показано, что применение комбинации 2 мг дросперинона и 1 мг 17-эстрадиола (анжелик) с целью заместительной терапии у женщин с СД 2 типа в постменопаузе приводит к значимому снижению АД. При этом следует подчеркнуть, что комбинация 1 мг 17-эстрадиола и 2 мг дросперинона не является средством для лечения АГ, и у женщин с данной патологией препарат должен назначаться с осторожностью в сочетании с традиционными гипотензивными препаратами [21]. В следующем исследовании также было показано, что комбинация 1 мг 17-эстрадиола и 2 мг дросперинона является оптимальным средством, обеспечивающим дополнительные терапевтические преимущества для ведения периода постменопаузы у женщин с СД и АГ [30]. Таким образом, в препаратах для ЗГТ у женщин с СД предпочтительно использовать следующие гестагены: микронизированный прогестерон, ретропрогестерон — дидрогестерон, норэтистерона ацетат и дроспиренон — гестаген четвертого поколения и следовать перечисленным ниже положениям: 1. Наименьшая необходимая доза эстрогена должна быть сбалансирована пропорциональной дозой гестагена. 2. Выбранная доза эстрогена должна покрывать все потребности организма женщины для сохранения ее здоровья. 3. Для женщин с ожирением и/или нарушениями углеводного обмена выбор гестагена крайне важен. Предпочтение отдается нейтральным гестагенам. 4. Единственный путь для достижения этих целей ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья •• М а р т •• 2 0 0 9 Обзор литературы у женщин с гипертриглицеридемией — назначение 17-эстрадиола в виде геля и микронизированного прогестерона (у женщин с интактной маткой). Данные рекомендации в первую очередь относятся к пациенткам с ожирением или с гипертриглицеридемией. При этом длительность лечения, доза эстрогенового и прогестагенового компонентов должны быть подобраны индивидуально. Противопоказаниями к проведению ЗГТ у женщин с СД являются: — Гормонозависимые опухоли матки и молочных желез; — Маточные кровотечения неясного генеза; — Острый тромбофлебит; — Тромбоэмболии, связанные с приемом эстрогенов; — Выраженная почечная и печеночная недостаточность; — Меланома; — Менингиома; — Наличие в анамнезе инфарктов миокарда, нарушений мозгового кровообращения; — ИМТ ≥ 40 кг/м2. — Декомпенсация СД; — Выраженность поздних сосудистых осложнений (хроническая почечная недостаточность, ИБС, острый инфаркт миокарда). При этом для женщин с СД в сочетании с какимилибо гинекологическими заболеваниями (миома матки, эндометриоз, фиброзно-кистозная мастопатия и др.) правила по использованию ЗГТ такие же, как и для их здоровых сверстниц. Таким образом, женщинам в климактерическом периоде с нарушениями углеводного обмена с целью коррекции менопаузальных расстройств предпочтение следует отдавать использованию эстроген-гестагенных препаратов с трансдермальным путем введения эстрогенного компонента, что снижает риск ухудшений углеводного, липидного обмена, системы гемокоагуляции/фибринолиза и способствует более точному соблюдению пациенткой схемы назначенного лечения. Выбор режима ЗГТ должен определяться индивидуально в каждом конкретном случае.

O R Grigoryan

I I Makarova

E N Andreeva

  1. Медицина климактерия. Под ред. В.П. Сметник. М 2006: 847.
  2. Van der Schouw Y.T., van der Graaf Y., Steyerberg E.W. et al. Age at menopause as a risk factor for cardiovascular mortality. Lancet 1996; 347 (9003): 714–718.
  3. Bruckert E., Turpin G. Estrogens and progestins in postmenopausal women: influence on lipid parameters and cardiovascular risk. Horm Res 1995; 43 (1–3): 100–103.
  4. Lynch C.M., Sexton D.J., Hession M., Morrison J.J. Obesity and mode of delivery in primigravid and multigravid women. Am J Perinatol 2008; 25 (3): 163–167.
  5. Moore P.A., Zgibor J.C., Dasanayake A.P. Diabetes: a growing epidemic of all ages. J Am Dent Assoc 2003; 134: 11S–15S.
  6. Константинов В.В., Деев А.Д., Капустина А.В. и др. Распространенность избыточной массы тела и ее связь со смертностью от сердечнососудистых и других хронических неинфекционных заболеваний среди мужского населения в городах разных регионов. Кардиология. 2001; 10: 45–49.
  7. Tanko L.B., Bagger Y.Z., Alexandersen P., Larsen P.J., Christiansen C. Central and peripheral fat mass have contrasting effect on the progression of aortic calcification in postmenopausal women. Eur Heart J 2003; 24 (16): 1531–1537.
  8. Khoo C.L., Perera M. Diabetes and the menopause. J Br Menopause Soc 2005; 11 (1): 6–11.
  9. Hogan P., Dall T., Nikolov P.; American Diabetes Association. Economic costs of diabetes in the US in 2002. Diabetes Care 2003; 26 (3): 917–932.
  10. Loutfly I., Abdel Aziz F., Dabbous N.I., Hassan M.H.A. Women’s perception and experience of menopause: a community-based study in Alexandria, Egypt Eastern Mediterranean Health J 2006; 12 (Suppl.): S93–S106.
  11. Dorman J.S., Steenkiste A.R., Foley T.P. et al. Familial Autoimmune and Diabetes (FAD) Study. Menopause in type 1 diabetic women: is it premature? Diabetes 2001;50 (8): 1857–1862.
  12. Strotmeyer E.S., Steenkiste A.R., Foley T.P. Jr. et al. Menstrual cycle differences between women with type 1 diabetes and women without diabetes. Diabetes Care 2003; 26 (4): 1016–1021.
  13. Григорян О.Р., Анциферов М.Б. Заместительная гормональная терапия у женщин, больных сахарным диабетом, в период перии постменопаузы. Руководство для врачей. М 2001: 15–16.
  14. Григорян О.Р. Гормональная заместительная терапия и контрацепция у женщин, больных сахарным диабетом I и II типов в период перименопаузы: Автореф. дис. … д-ра мед. наук. М 2004: 18.
  15. Stefanick M.L. Estrogens and progestins: background and history, trends in use, and guidelines and regimen approved by the US Food and Drug Administration. Am J Med 200519; 118 Suppl 12B: 64–73.
  16. Guidelines for the hormone treatment of women in the menopausal transition and beyond. Position Statement by the Executive Commiteee of the International Menopause Society. Climacteric 2004; 7: 333–337.
  17. Fournier A, Berrino F. Uniqual risks for breast cancer associated with different hormone replacement therapies: results from the E3N cohort study. Breast Cancer Res Treal 2008; 107(1):103-111.
  18. Ferrara A., Karter A.J., Ackerson L.M. et al. Hormone replacemenr therapy is associated with better glycemic control in women with rype 2 diabetes: the Northern California Kaiser Perma-nente Diabetes Registry. Diabetes Care 2001; (24)1: 144–150.
  19. Samaras K., Hayward C.S., Sullivan D. еt al. Effects of postmenopausal hormone replacement therapy on central abdominal fat, glycemic control, lipid metabolism, and vascular factors in type 2 diabetes: a prospective study. Diabetes Care 1999; 22: 1401–1407.
  20. Andersson B., Mattsson L.A., Lennart H. et al. Estrogen replacement therapy decreases hyperandrogenicity and improves glucose homeostasis and plasma lipids in postmenopausal women with noninsulin-dependent diabetes mellitus. Clin Endocrinol Metab 1997; 82: 638–643.
  21. Friday K.E., Dong C., Fontenot R.U. Conjugated equine estrogen improves glycemic control and blood lipoproteins in postmenopausal women with type diabetes. Clin Endocrinol Metab 2001; 86: 48–52.
  22. Matute M.L., Kalkhoff R.K. Sex steroid influence on hepatic gluconeogenesis and glucogen formation. Endocrinology 1973; 92: 762–768.
  23. Poirier P., Giles T.D., Bray G.A. et al. Obesety and cardiovascular disease. Pathophysiology, evaluation and effect of weight loss. Arterioscler, Thromb, Vasc Biol 2006; 26: 968.
  24. чазова И.Е., Сметник В.П., Балан В.Е. и др. Ведение женщин с сердечно-сосудистым риском в перии в постменопаузе: консенсус Российских кардиологов и гинекологов. Consilium medicum 2008; 6: 4–16.
  25. Castelli W.P., Anderson K., Wilson P.W., Levy D. Lipids and risk of coronary heart disease. The Framingham Study. Ann Epidemiol 1992; 2: 23–28.
  26. Collins P., Rosano G., Casey C. et al. Management of cardio-vascular risk in the perimenopausal women: a consensus statement of European cardiologists and gynecologists. Climacteric 2007; 10: 508–526.
  27. Wenger N.K. Hypertension and other cardiovascular risk factors in women. Am J Hypertens 1995; 8: 94–99.
  28. Scott A.R., Dhindsa P., Forsyth J., Mansell P., Klifem Study Collaborative Group. Effect of hormone replacement therapy on cardiovascular risk factors in postmenopausal women with diabetes. Diabetes Obes Metab 2004; 6 (1): 16–22.
  29. Brussaart H.E., Gevers Leuven J.A., Kluft C. et al. Effect of 17 betaestradiol on plasma lipids and LDL oxidation in postmenopausal women with type II diabetes mellitus. Arterioscler Thromb Vasc Biol 1997; 17 (2): 324–330.
  30. Григорян О.Р., Андреева Е.Н. Использование препарата Анжелик у женщин с сахарным диабетом 2 типа и артериальной гипертензией в период постменопаузы. Пробл репрод 2007; 3: 52–55.

Views

Abstract - 270

PDF (Russian) - 208

Cited-By


Dimensions


Copyright (c) 2009 Grigoryan O.R., Makarova I.I., Andreeva E.N.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies